В продаже 209 новостроек
от 153 застройщиков

Средняя цена 52591 руб./м2 ↓0.79%


Войти с помощью:



Войти, используя аккаунт:

E-mail
Пароль
запомнить
Регистрация

Забыли пароль?
Отмена


   971

«Cпекуляции на исторической теме не должны быть главной парадигмой в Калининграде», — Антон Сагаль, архитектор


Имя Антона Сагаля громко зазвучало в 2015 году, когда молодой архитектор одержал победу в международном конкурсе проекта «Сердце города» в Калининграде. Его взгляд на восстановление Королевского замка жюри признало лучшим. Будет этот проект воплощен в жизнь или нет, наверняка не знает никто. Но свою работу над ним Сагаль потерянным временем не считает. И продолжает создавать градостроительные концепции для янтарного края – живя в Италии. Каким Антон Сагаль видит Калининград, выясняли «Застройщики39.рф».


Поделиться



Антон Сагаль был лично знаком с Калининградом всего семь лет. Он переехал сюда из Казахстана в 2002 году, чтобы поступить в университет, а в 2009 году отправился учиться в Милан. Но связь со столицей янтарного края не разорвалась. «Почему-то Калининград постоянно притягивает мое внимание к себе», — говорит архитектор и называет город парадоксальным.

 

— Каким было ваше первое впечатление от Калининграда?

Антон Сагаль: — Особых ожиданий не было, но я сразу почувствовал, что он особенный. Кроме банального — географических и климатических условий, здесь особый исторический и культурный контекст, полный противоречий и поэтому интересный — и архитекторам, и любым другим исследователям. Все это очень ясно чувствуется. И та особая связь с территорией, которая усиливается со временем… У всех людей, которые приезжают в Калининград и находятся здесь какое-то время, появляется сильная эмоциональная связь с ним. Соответственно, становится интересна и история этого места. Калининград и Кенигсберг — это два совершенно разных города. Но в то же время это один и тот же город, который просто сильно поменялся в какой-то момент.

 

Набережная р. Преголя, 2006 год

 

— Как изменился Калининград за те девять лет, что вы живете в Италии?

— Город меняется очень бурно! Во-первых, усилились тенденции, намеченные как раз десятилетие назад. Важным прецедентом стала «Рыбная деревня». Запрос на историзм был еще латентным, но эта тема все больше выходит на первый план. К этому можно относиться по-разному, но нет смысла отрицать этот факт: спекуляций с историческими темами в Калининграде достаточно много, есть попытки интерпретировать их по-модернистски.

Во-вторых, власти и проектировщики наконец стали серьезно относиться к общественным пространствам. Какие-то конкретные их реализации меня как архитектора, может, и не устраивают до конца, но я отмечаю, насколько важно, что этот механизм уже запущен. Например, Верхнее озеро: после реконструкции набережных это общественное пространство сразу стало одним из центральных мест Калининграда, хотя многим не нравится, как оно выполнено.

 

Королевский замок: как не скатиться в провинциальность

— Почему вы решили заняться Королевским замком? Из-за той самой привязанности к Калининграду?

— Каждый раз, когда я возвращался в Калининград, я видел все его противоречия — эти наложения нового города на старый, они всегда казались мне интересными и живописными. Я понимал, что рано или поздно возникнет некая активность, с этим связанная, и ждал ее. Честно говоря, думал, что все произойдет гораздо позже, но активным горожанам, тому же Александру Попадину, удалось форсировать события — и случилось «Сердце города». Я с большим энтузиазмом отнесся к конкурсу и решил, что высказаться надо обязательно!

 

 

— Если бы вы тогда знали, что ваш проект-победитель ляжет в стол на неопределенный срок и, возможно, не будет реализован никогда, вы бы все равно взялись за него?

— Мне было бы непросто принять решение. Но я думаю, что делать выводы о судьбе Королевского замка слишком рано.

— Вы оптимист!

— Скорее, реалист. Большая часть проектов, созданных в рамках каких-либо архитектурных конкурсов, не реализовывается никогда! Это подтверждает мировая статистика. И следует понимать, что значимость «Пост-Замка» гораздо шире рамок конкурса. Даже если ничего не получится в итоге, то сам факт, что мы говорили о развитии Калининграда, то, что мы это обсуждали, уже это на многое повлияло, в том числе и на будущие проекты.

— В чем проявилось это влияние?

— Дискуссия оживила гражданское общество. Появились ортодоксальные кенигсбержцы — приверженцы истории. Вышли на сцену бескомпромиссные патриоты, которые отрицают всю историю до 45-го года. И обозначилась очень тонкая прослойка людей, которая мыслит не то, чтобы компромиссно, а широко: пытается не отрицать новое, не открещивается от немецкого и советского прошлого, но старается их переосмыслить, чтобы найти особый характер города. Я один из тех, кто выражает такую позицию. И поэтому мне было важно высказаться — чтобы показать, как можно работать с Калининградом.

— Если говорить о прагматике, насколько Королевский замок был бы значим для Калининграда как конкретный архитектурный объект в конкретной точке города?

— Замок стал бы интересным объектом, если бы удалось реализовать проект так, как мы задумывали. Одна из идей заключалась в том, чтобы в новом контексте постсоветского города создать объект, который бы работал и с ним, но в то же время внутри себя имел пространства средневекового качества. Историческая локация Замка — хорошая позиция и сегодня. С точки зрения градостроения объект работал бы хорошо — он бы добавил городу объема и важности даже при своих измененных масштабах, мы не проектировали Замок в реальных исторических размерах. Думаю, что эта территория стала бы новым центром Калининграда, это было бы неизбежно.

 





Конкурсный проект «Пост-замок», 2015 г. / Антон Сагаль совместно с Ольгой Балакиревой

 

— Какие риски могли бы возникнуть при реализации проекта?

— Главное, чтобы мы не скатились в провинциальность и не сделали из Калининграда Йошкар-Олу, где есть копии Венеции и Кремля в уменьшенных размерах. Вот этого было важно избежать!

— А само появление Королевского замка — не риск?

— Работать с историческим контекстом всегда очень сложно. К сожалению, многие архитектурные решения, которые я вижу в России, кажутся мне заимствованиями второй свежести. В Европе с историческим наследием так уже не работают, там сделали шаг вперед, а мы по инерции почему-то еще используем устаревший подход и скатываемся в провинциальность, псевдоисторизм. Хотя Калининград обладает всем — и с точки зрения контекстов, и с материальной точки зрения, чтобы обозначить свое собственное видение архитектуры и отношение к городу и его истории.

 

Историческая тема в застройке — не главная парадигма для Калининграда

— Что может помочь на этом пути?

— Нужны хорошие прецеденты, хотя бы один реализованный проект. Взять, например, Милан, 50-е годы. Он сильно пострадал во время Второй мировой войны, после начал активно застраиваться. Интересные сооружения порождали эффект копирования, интерпретации — в хорошем смысле. Появлялся один достойный объект — и другие архитекторы начинали использовать его в качестве эталона, или заимствовать отдельные решения. В итоге сформировался прекрасный город. Мне кажется, Калининграду не хватает таких вот хороших прецедентов.

— Та же «Рыбная деревня» не стала таким?

— Да, это был самый мощный импульс, который запустил необратимые процессы в Калининграде. Обновленный Ленинский проспект есть плод этого тренда — обращение к историческому облику города. Его взяла на вооружение и развивает власть. Его подхватили застройщики, потому что это понятная добавочная ценность для будущего потребителя. Но это не единственный путь! Это не должно стать главной парадигмой.

 







Променад на улице Профессора Баранова для «КБ Стрелка» (Москва), 2017 г.
Антон Сагаль совместно с Ольгой Балакиревой и архитектурной мастерской SPACE (Калининград)

 

— Кстати, как вы относитесь к реконструкции Ленинского проспекта?

— Я не буду комментировать как архитектор, только как урбанист. Мне нравится здание Артура Сарница — но с внутреннего двора: изменились пропорции крыши и окон, и дом сразу «заиграл», со стороны проспекта здание выглядит перегруженным. Что касается Ленинского в целом, то историческая тема мне понятна, но интерпретировать её можно было бы более современно.

— То есть, скатились в ту самую провинциальность?

— Да. Многие говорят, что объективно стало лучше. Возможно! Но ведь надо понимать, что с этими ресурсами можно было сделать гораздо лучше и интереснее.

— Что сделали бы вы?

— В первую очередь важно понимать, какая задача была поставлена. Просто захотели украсить главную улицу города? В таком случае совершенно не обязательно использовать исторические мотивы. Я бы решал это противоречие без исторических манипуляций.

— Какие новые объекты в Калининграде вы считаете достойными?

— Площадку-террасу над ручьем на проспекте Мира (бывшее кафе «Сказка», — прим. ред.). На мой взгляд, простое и достаточно эффективное решение, подходящее именно для этого места. Но опять же… Можно было бы еще сильнее обогатить это пространство. Хотя подчеркну, архитекторы часто работают в экстремальных условиях — с застройщиками, с бюджетами. Далеко не всегда можно контролировать процесс на всех уровнях и прийти к тому, что хотелось бы видеть на самом деле.

Еще отмечу новую площадь рядом со зданием бывшей Кенигсбергской биржи. Мне понравилось, как на нее отреагировали горожане. Стало ясно, что такие пространства в городе — в дефиците. Это сигнал для власти — есть спрос и есть смысл работать над таким предложением.

 

Благоустройство сквера и фонтана у ГБУК «Областной центр культуры молодежи»
по адресу: г. Калининград, Ленинский пр., 83

 

Периферия не должна превращаться в гетто

— Что вам не нравится в Калининграде?

— Отмечу три пункта. Первый: в Калининграде продолжают строить торговые центры, но это бессмысленно. ТЦ «Мега», который открылся одним из первых, уже находится в затяжном кризисе, сегодня он стал проблемой и для собственников, и для города. Надо что-то предпринимать, но вместо этого продолжают проектировать новые ТЦ. Их чрезмерно много.

Вторая проблема — то, как застраивается городская периферия. Не ясна стратегия освоения этих территорий. Впрочем, это общеевропейская проблема.

И третье — качество работ. В России культура исполнения любых архитектурных и ландшафтных решений находится на примитивном уровне. Такой постсоветский затяжной синдром.

— Поясните свое мнение насчет периферийных районов Калининграда.

— Особенность Калининграда — в его размере. Это не маленький городок, но это и не мегаполис. Поэтому оторванность новых микрорайонов от центра города не ощущается так болезненно. Хотя я предполагаю, что жители «Балтрайона» со мной не согласятся. Нужно очень серьезно задумываться над тем, как создавать новые центры притяжения на периферии, чтобы избежать проблем в будущем.

— Есть серьезные риски?

— Дело в том, что постсоветские города, и Калининград, в частности, не имеют единого исторического центра. Они, как правило, развивались «точками», отдельными элементами, не связанными единой городской стеной. Согласитесь, очень сложно сказать, где именно сейчас центр Калининграда, и в этом пока его преимущество. Еще нет микрорайонов, отрезанных от остальных частей города, нет ярко выраженных гетто, нет огороженных территорий, где живут сильные мира сего. Но все движется в этом направлении.

— «Первые ласточки» уже появились?

—  Думаю, любопытный пример — жилой комплекс «Цветной бульвар» на Артиллерийской. На мой взгляд, там пытаются создать gated community, «сообщество за забором», и это для города плохо. На территории обособленного ЖК есть даже свой «Королевский замок» в миниатюре! А совсем рядом — обычный массив девятиэтажек, дворы которых забиты машинами. Социальное противоречие налицо. В 200 метрах от «Цветного бульвара» дети играют на маленькой площадке, окруженной автомобилями, и видят через забор счастливое детство с хорошо оборудованными игровыми площадками. Это потенциальная социальная бомба. И стратегического понимания, что это опасно, нет.

 

ЖК «Цветной бульвар», ул. Артиллерийская

 

Конкурентное преимущество — качество среды

— Что делать, чтобы такая проблема не развивалась?

— Должна быть ясная стратегия развития, а не освоения территорий. Это разные вещи. Нужны стратегические мастер-планы, где были бы прописаны не только ограничения по высотности. Необходимо очевидное понимание того, какое качество среды мы хотим получить через десять, двадцать, тридцать лет.

— А ведь Калининград живет по утвержденному Генплану. Со стороны кажется, что его нет?

— Нужно работать не только над планом, но и над коммуникацией с интересантами, а не только с застройщиками. Важно, чтобы все документы были хорошо понятны даже простым людям. В наших же генпланах, в их хитросплетениях бывает непросто разобраться даже архитекторам. Из-за этого многие важные интересанты попросту исключаются из процесса выработки стратегии развития города. Наши публичные слушания крайне неэффективны и чаще всего выполняются для «галочки». Чиновникам, возможно, невыгодно привлекать горожан, и это порождает конфликты.

— А у застройщиков меняется менталитет?

— К ним приходит осознание, что качественная среда, которую они формируют, — это конкурентное преимущество, это инструмент борьбы, это прибыль в конечном итоге. Но сложно проследить, каковы масштабы этого процесса в общей массе. Боюсь, что это еще единичные примеры, а 80% застройки идет по старым правилам, когда люди просто шлепают квадратные метры без зазрения совести.

Рынок будет регулировать это. Но так как население не слишком богатое, то остается много пространства для спекуляции, для строек низкого уровня. Чтобы поменять ситуацию, нужны, наверное, изменения на законодательном уровне.

 

ЖК «Времена года», ул. Артиллерийская

 

Скоро в тренде — советский Калининград

— В одном из интервью вы заявили, что скоро в тренд войдет архитектура советского периода. Калининграду есть чем гордиться с этой точки зрения?

— Лучше Дома Советов ничего нет!

— То есть, ваш вердикт — Дом Советов не сносим?!

— Ни в коем случае! Это такая Эйфелева башня Калининграда, строительство которой немножко затянулось. Среди интересных построек советского времени еще спорткомплекс «Юность». Да и вообще сама пятиэтажная застройка в центре города хороша.

— Хрущевки в центре — это ценный актив Калининграда?

— Да, структуру городского центра нужно сохранять и развивать! Она создает благоприятную среду для нахождения в городе, там много зелени. Посмотрите на микрорайон в треугольнике между улицей Черняховского, Пролетарской и Ленинским проспектом. На старых генпланах он обозначается как 1-й микрорайон. Там университет, там есть нечто вроде променада, который спускается с улицы Черняховского. Если просто привести это в порядок, продумать маршруты, параллельные основным улицам, раскрыть эти территории для пешеходов и велосипедистов, мы получим новые активные общественные пространства и новое особое качество Калининграда. Потенциал у города большой!

— А с точки зрения внешнего вида этих зданий?

— Постепенно приходит осознание ценности таких пятиэтажек. К ним уже нет отторжения — по сравнению с современными десятиэтажками, а ностальгия будет только усиливаться — особенно на фоне сносов в Москве по программе реновации. К тому же, по своему опыту, от старых городов, идеальных с точки зрения памятников, устаешь. И хочется чего-то более свежего, простого, даже где-то более грубого. И поэтому, мне кажется, модернизм начинает заново входить в моду.

Есть конкретные примеры того, как можно работать с монотонной модернистской застройкой, одна из главных проблем которой — малогабаритность жилых единиц. Выдающийся пример — трансформация трех многоэтажных зданий по проекту Lacaton & Vassal в районе Гранд Парк во французском городе Бордо. Вместо того, чтобы сносить существующие здания, архитекторы предложили пристроить к их фасадам новую конструкцию шириной в четыре метра, на которой разместились зимние сады — глубокие застекленные террасы. Эти террасы стали продолжением жилой единицы, радикально изменив её качество. Важно отметить, что стоимость всех работ оказалась в три раза дешевле сноса и возведения нового здания в изначальных параметрах.

 







Transformation de 530 logements, bâtiments G, H, I, quartier du Grand Parc
Lacaton & Vassal, Druot, Hutin (France) / Project: www.lacatonvassal.com/index.php?idp=80

 

Два главных здания Калининграда — Кафедральный собор и Дом Советов

— Известно, что вы недавно работали над архитектурным проектом калининградских набережных, в котором размышляете об острове Канта. Расскажите о нем подробнее.

— Этот проект мы разрабатывали совместно с миланской архитектурной студией OASI Architects, где я работаю. Базовая идея основывается на особом восприятии острова Канта калининградцами: для многих горожан это сакральное место. Неслучайно, когда там появились спортивные площадки, люди начали реагировать негативно. Для них это спокойное место со своей историей: когда-то остров был плотно застроен, теперь на месте бывших улиц и домов — парк. Произошло символическое перерождение территории, и эту ауру нужно сохранить. Наш проект работает с этой идеей. Он затрагивает все вокруг Острова — участок на Московском проспекте, напротив «Юности», Старопрегольскую набережную. И мы выстраиваем ряд променадов, площадей, террас, которые «раскрываются» в направлении Острова.

По конкретным решениям: на Московском проспекте мы предложили «открыть» сквер. Там сейчас очень красивая линия каштанов у воды. Но в то же время она работает как стена, отгораживая променад от сквера. Наше предложение — убрать, по возможности пересадить некоторые каштаны внутрь сквера, добавить новые деревья. Цель — создать что-то вроде открытой поляны, которая бы «соединяла» Кафедральный собор и Дом Советов, с этой точки открывается замечательный вид на оба здания. Получается такая символическая зеленая площадь, связывающая две главные калининградские постройки.

Напротив спорткомплекса «Юность» мы предложили сделать площадь с гейзерными фонтанами и лестницей, ведущей к самой воде, чтобы спуск подходил к самой кромке. 

У Старопрегольской набережной по направлению к острову Октябрьскому предложено создать «зеленый» променад — линейный парк, который соединит эти территории.

 



Набережные Калининграда, 2018 г. / Антон Сагаль совместно с OASI Architects (Italy)

 

Город, который не укладывается ни в какие рамки

— Вашим итальянским коллегам так же интересно работать с Калининградом, как и вам?

— Для них это город, который не укладывается ни в какие рамки их восприятия. Для них это нечто совершенно необычное, потому что современные итальянские города устроены по иному принципу. Но в то же время они видят огромное количество профессиональных вызовов, массу неблагоустроенных открытых территорий, с которыми можно работать. Поэтому им это интересно — отличное пространство с противоречиями, которые хочется разрешать.

— То есть, с профессиональной точки зрения Калининград — это лакомый кусочек?

— Да. У него сложный, эклектичный контекст, который и делает Калининград современным городом. Он предлагает нетривиальные проблемы. И, как правило, это помогает найти нетривиальные решения.

— Если Калининград так интересен, вы бы хотели занять здесь пост главного архитектора?

— Мне сложно ответить на этот вопрос, потому что я не знаю всех полномочий и обязанностей на этой должности. Важно, чтобы её занимали люди, способные запустить правильные процессы. Я, скорее всего, предпочел бы соблюсти некую дистанцию от власти.

— Спасибо за беседу!

Интервью записала Анастасия Дроздова

Комментарии
Поделиться мнением с читателями


Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, войдите на сайт или зарегистрируйтесь.






Еще в журнале





Последние





Сообщества